После выхода в 2008 году альбома "Вопреки" и большого концерта в "Олимпийском" в творческой жизни Валерия Меладзе установилось некоторое затишье. Сценическая работа при этом не останавливалась - гастрольному графику Меладзе с программой хитов из пластинки "Вопреки" и старых композиций позавидуют многие коллеги, постоянно мелькающие в телевизоре.

Валерий с братом Константином продолжают готовить новые песни, на некоторые из них снимаются видеоклипы. Последние видеоработы - дуэт с Григорием Лепсом "Обернитесь" и "Небеса", в которой актриса Лиза Боярская снялась в очень откровенном облике. Сейчас артист раздумывает о новом альбоме и организации большого концерта в столице. 6 ноября он принял участие в юбилейном концерте группы "ВИА Гра" в Киеве.

Валерий, как вы думаете - почему так живуча желтая пресса? У общества есть заказ на скандалы из жизни звезд?

- Есть социальный заказ, причем и "снизу", и "сверху". Если люди покупают эту прессу - значит, она им нужна или к ней приучили. В советские годы публика тоже хотела знать о личной жизни артистов, но это интерес не удовлетворялся. Бороться с желтой прессой очень трудно и почти невозможно, но надо. У меня в институте был преподаватель, который говорил: "Не учить гражданскую оборону преступно, а учить – бессмысленно". Так и здесь: не бороться с желтой прессой – значит не уважать себя. Мне кажется, что общими усилиями разных музыкантов мы понемногу добиваемся прогресса в этой области. Меньше становится отсебятины, иногда пытаются узнать правду или взять интервью. Даже бывали случаи, когда статьи приносили нам на заверку. Думаю, это зачатки настоящей свободной прессы. Сейчас свобода сводится к возможности безнаказанно писать неправду. Если судить об артистах по материалам желтой прессы, наше место как минимум в сумасшедшем доме или на необитаемом острове. Хотя большинство коллег на самом деле – абсолютно нормальные люди.

Может быть, интерес к частной жизни связан и с кризисом идей в поп-музыке?

- Это скорее связано с появлением такой категории людей, как публичные личности, celebrities. Раньше известными становились артисты, певцы, о них судили по их работе. Сейчас в шоу-бизнесе есть люди, которые вообще ничего не делают, но рассказывают о своей личной жизни и попадают на обложки. Если задаться вопросом, что они сделали за последние год-два – окажется, что все это время они только пиарились и мелькали на телеэкране, вместо того, чтобы заниматься творчеством, спортом или другим каким-то делом. Мне очень не нравится, что и меня пытаются сделать таким персонажем. Потому что на самом деле я занимаюсь не тем, о чем пишет желтая пресса, а даю огромное количество концертов, снимаю новые клипы, записываю песни. Я живу в гармонии со своим делом, я его обожаю. Брат Константин пишет для меня песни, с которыми я счастлив выходить на сцену. Почему об этом не пишут?

Давайте тогда о творческих новостях. Планируются ли новый альбом и шоу в Москве?

- Я достаточно редко даю концерты в Москве. Раньше здесь было три хороших зала – ГЦКЗ "Россия", Кремль и "Олимпийский". Сейчас "Россия" в Лужниках, там работают те же люди, но шарм немножко потерян. Кремлевский зал престижен, но ужасно неудобен для зрителя: там нет стоянок и большая очередь на входе. В прошлом году открыли "Крокус сити холл", фантастический по своей оснащенности, и машиномест на стоянке раза в полтора больше, чем посадочных мест в зале. Да и выход из метро рядом. Я думаю в ближайшие полгода дать там концерт, но точных сроков пока нет. Что касается пластинки, то новых песен записано много, и весной можно выпустить альбом. Другое дело, что нужно поговорить с издателями, потому что на сегодняшний день пиратство не побеждено, еще и в интернет перешло, а выпускающим компаниями нужно что-то зарабатывать. Мы-то уже смирились с тем, что на носителях нельзя заработать. Поэтому возможно, что новые песни сначала будут появляться в виде синглов. Словом, это дело техники – с творческой стороны у нас все готово: дуэт с Гришей Лепсом "Обернитесь", клип с Лизой Боярской. Возможно, к Новому году выпустим еще одну песню. По внутренним ощущениям, движения вперед мне сейчас хочется не меньше, чем 15 лет назад. А это самое главное чувство для артиста. Такое же чувство есть у Константина. Если артист внутри себя перестал хотеть, решил, что ему уже хватит старых хитов, это первый шаг к творческой смерти.

Вы всегда отрицаете возможность работы с другими авторами, помимо Константина Меладзе. Это вы брата боитесь обидеть или не решаетесь попробовать петь в какой-то иной манере?

- Отчего же, на разных проектах – телевизионных, на "Новой волне" в Юрмале - я исполнял кавер-версии песен Игоря Крутого, Игоря Николаева, Юрия Антонова, западные хиты. Но нет ощущения, что они для меня родные. Бессмысленно перепевать песни Крутого после Александра Серова или пытаться спеть Антонова лучше автора. А потом, мне довольно редко предлагают новые песни – видимо, композиторы проявляют деликатность по отношению к моему брату.

Кстати, о "Новой волне". Она все больше производит впечатление междусобойчика, где собираются звезды, поют песни друг друга, а сам конкурс отходит на второй план.

- Это во многом благодаря нашей желтой прессе. Сам конкурс практически не описывается, зато сообщается, кто влез на стол и как прошла та или иная вечеринка. Я на эти вечеринки вообще не хожу. В Юрмалу я приезжаю работать и достаточно ответственно подхожу к процессу судейства. Зрители в зале или по телевизору видят только вершину айсберга – само шоу, а ведь на самом деле, еще за несколько недель до этого начинается очень серьезная и кропотливая работа по подготовке к финалу конкурса. И сегодня альтернативы "Новой волне" никто придумать не смог, хотя и пытались. В Юрмале все сложилось очень гармонично – и балтийский климат, и корифеи Раймонд Паулс и Игорь Крутой как сопредседатели жюри, и зрители, и конкурсанты, и весь подход.

Как вы оцениваете проект "Фабрика звезд"?

- Однозначные оценки может высказать только человек однобокий. Люди, которые находились внутри этих проектов, считают, что это здорово, а те, кто не принял "Фабрику", считают, что это зло. Я думаю, что в проекте были и плюсы, и минусы. Ребята с улицы слишком резко стали известными, а некоторые даже популярными – это не одно и то же. Телевидение в течение двух-трех месяцев сделало их известными, а над популярностью они должны были работать сами. Это, конечно, серьезный удар по психике молодых ребят, но, как ни странно, почти все они выдержали это испытание и остались нормальными людьми. Я в течение нескольких лет из провинциального парня превращался в известного человека и долго не знал, что с этой известностью делать. Когда ты слишком открыт, каждый тебя дергает, и очень часто не по-доброму. Если кто-то подходит и благодарит за песни, это здорово. Но есть люди, которые ведут себя очень фамильярно. А простота хуже воровства. Шоу-бизнес изменчив, он всегда требует новых лиц, новой музыки, и выпускники "Фабрики звезд" какое-то время удачно выполняли эту функцию, но радикально ничего не изменили.

У нас на эстраде достаточно яркая грузинская "диаспора" - вы, Григорий Лепс, Тамара Гвердцители, Иракли, Сосо Павлиашвили. Вы ощущаете себя какой-то общностью, или все уже ассимилировались?

- Мы ощущаем себя творческими людьми в первую очередь. Эта общность нас больше объединяет, чем национальность. Встречаясь, мы говорим на разные темы, в основном о музыке, но крайне редко затрагиваем тему политики. Да, когда мы с Павлиашвили ходим друг в другу в гости (правда, редко это получается), у нас застолье проходит по грузинским обычаям. Но это нормально, это понятно и русским, и кому угодно. Я считаю мудрейшим человеком католикоса Грузии Илию II: когда к нему обратились за благословением на то, чтобы грузинские диаспоры строили в России грузинские церкви, он сказал, что у нас единая вера. "Если вы хотите молиться, идите в русские православные храмы. У нас единый Бог", - сказал Илия II. Это гораздо важнее, чем то, что делают политики.

Если бы вы писали автобиографию, в каком она получилась бы жанре?

- После пяти лет заметной творческой жизни у меня было желание написать такую книгу. А сейчас мне вообще не хочется писать никаких мемуаров. Так что я даже не представляю, в какой форме она могла бы быть. Нравственно-поучительная? Бред, каждый живет своей жизнью и делает свои ошибки. Смешная история? Там не всё было смешно. Драма? Нет. Роман? Еще не так много прожито, да и не хочется кого-то обижать. Я видел несколько аналогичных книг о себе, любимых. Мне они показались не очень интересными, напоминающими какое-то скучное реалити-шоу. Это сложно воспринимать как литературу. В то же время я очень люблю читать о людях, которые уже стали частью истории – The Beatles, Rolling Stones, Брайан Ферри (Brian Ferry).

назад в раздел "Пресса" →